Nathanarihel_Liat
Живи как захочется, пока все не кончится (с)
Тот, кто на самом деле побеждает героев

Винсент изловчился и пронзил противника мечом где-то, как он надеялся, в районе сердца или хотя бы легких, для верности пару раз провернув свое грозное оружие. С торжествующим и очень геройским возгласом он отскочил и приготовился, величественно возвышаясь над поверженным врагом, сказать торжественную, отдающую приятным пафосом речь. В том, что враг был повержен, даже у него, самокритичного, не оставалось ровно никаких сомнений.
Но только тот, видать, об этом не знал и поэтому повел себя крайне невежливо. Не стал ни падать, ни истекать кровью, ни вызывать демонов в последние минуты своей темной жизни. А лишь лучезарно улыбался.
- Знаешь, а ты крут. Неплохо машешь этой штукой, – с этими словами вероятный враг осторожно коснулся пальцем острия меча.
Винсент оторопел.
- Я тебя убил, – процедил он сквозь зубы. Еще не хватало, чтобы всякие мертвяки вот так запросто с ним разговаривали.
На лице незнакомца отобразилось сначала удивление, а потом – праведное огорчение. Казалось, что если он пониже наклонит голову, то сможет любоваться пейзажем сзади прямо сквозь собственную грудную клетку.
- Вот черт, - огорченно заметил «убитый» - Рубашка была новая. Да и вообще. Ты подождать не мог? Я тут ходил, на птичек смотрел. Никого не трогал. А ты... Ну да ничего не поделаешь. Придется умирать.
Отряхнув землю от травинок и жучков, он демонстративно сел, скрестив ноги. Винсент хотел было плюнуть и уйти, вполне справедливо полагая, что люди с искусственно сделанными дырками в теле долго не живут. Ведь он был героем. Еще куча мест в мире нуждалась в его спасении. Слишком долго оставаться рядом с одной спасенной деревней было бы непозволительной роскошью.
Но не успел герой повернуться и сделать пару шагов, как был остановлен обиженным возгласом.
- Эй, а ты-то куда? Мне одному скучно будет умирать. И ты еще должен будешь потом меня закопать поглубже. С чесноком и всякими другими ритуалами. А то мало ли, воскресну и буду дальше безобразия чинить? Оставайся давай!
Винсент замешкался.
- Ну, еще ты можешь меня добить, - кротко и как будто невзначай подсказал сидящий на земле, доверчиво глядя на него сверху вниз.
Но Винсент был благороден. И лежачих – ну ладно, сидячих – не бил. Похоже, выбора у него не оставалось...

… День начал клониться к закату. Незнакомец удобно устроился на земле, подперев белокурую голову ладонью. Винсент нервно барабанил пальцами по колену. Точнее, по кольчужному наколеннику. Громкого звука не получалось, потому что кольчужную перчатку он снял еще пару часов назад.
- Мне ску-учно, - с жутко невинным видом промолвил блондин уже не в первый раз, и это явно не сулило ничего хорошего. – А расскажи мне сказку, а?
Воин заскрипел зубами. Он уже успел сотню раз пожалеть о содеянном. Кто мешал ему просто вырубить этого парня ударом по голове и оставить его мирно лежащим в ближайшем лесу? Но теперь было уже поздно размышлять, потому что совесть не позволяла ему уйти – даже несмотря на то, что пришлось весь день выслушивать радостную болтовню безбожно лыбящегося предполагаемого бывшего противника.
- Я начинаю тебя ненавидеть, - устало предупредил он, удивляясь глупости собственного положения. – Ты просто мной пользуешься. Но ты, похоже, знаешь, что делаешь... Вот черт! - в своих рассуждениях Винсент зашел в тупик. Ведь и не придерешься - с его-то профессиональной точки зрения. Он вздохнул и начал рассказ. - Однажды, очень давно…

- Ты бы меня хоть накормил. А то устал я с тобой весь день сидеть. И вообще, меня дома ждут…
Солнце уже почти село, оставшись узкой полоской над горизонтом.
Рассказ о детстве многочисленных друзей «умирающего», зачастую длинном, запутанном и в меру трагичном, пошатнул и так уже некрепкое самообладание героя, а вот заявление о том, что он еще и обязан за свой счет кормить всех, кого не хватило духу, сил или подлости окончательно и бесповоротно прикончить, добило наповал.
В дело пошел мегасильновеликий амулет исцеления - из тех, что должны на всякий случай быть под рукой у любого героя. Короче, чья-либо смерть отменялась. Светловолосый лишь начал улыбаться еще шире, когда встал и отряхнулся, пытаясь расправить разрезанную на груди рубашку.
- А, спасибо, - поблагодарил он, изобразив на лице примерный эквивалент смайлика ^_^, как будто Винсент сделал что-то, само собой разумеющееся. - Ну, я пошел. Спокойной ночи.
Он уже шагнул было куда-то в сторону города, но Винсент окликнул его:
- Эй, подожди! Ты ведь маг, да? Такой сильный. Пришел, чтобы преподать мне урок и изменить мою судьбу?
Предполагаемый маг остановился и некоторое время с непониманием глядел на чужое лицо, исполненное какой-то светлой детской надежды.
- Ах, ты об этом, - наконец догадался он – Да нет, я не маг. Просто если бы я умер, меня бы сильно ругали.
Потом развернулся и окончательно ушел, на прощание помахав ему рукой. Винсент гадал, улыбался ли его новый знакомый, если это можно было так назвать, до сих пор. Или это он всегда так улыбается? Или, может, у него просто лицо такое? И еще птички какие-то…
Бывший герой воткнул меч в землю и побрел вслед за почти-убитым, исцеленным и отпущенным врагом. Может быть, он все-таки ошибся в геройстве. Трудная это профессия, неблагодарная. Интересно, место бармена в тетиной таверне еще свободно?..